Новые колёса

Новые колеса / Кёнигсберг - Калининград / МАХНОВЕЦ ИЗ КЁНИГСБЕРГА. Осип Цебрий не видел разницы между фашистами и коммунистами

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Анархист из Жмеринки

 Кёнигсберг. Фермеры на овощном рынке верхнего Фишмаркета, 1930 год

Летом 1942 года в польский партизанский отряд “Армии Крайовой” в Августовских лесах пришёл очень странный тип. На корявом польском языке он попытался объяснить, каким ветром его занесло к партизанам.

- Кёнигсберг, Кёнигсберг, - указывал рукой на запад мужик. - Иде з Кёнигсбергу. Шукаю дрогу до вольношчи. Помоч! Франсе.

- Пся кревь, - чертыхались бойцы. - Нич ни разумеем...

Дело пошло быстрее, когда один из офицеров догадался заговорить с пришельцем на французском. Тот сразу оживился и затараторил быстро и складно - только переводить успевай. Историю странный гость рассказал просто удивительную.

Украинец Осип Цебрий родился и вырос деревне Тартаки Жмеринского уезда Киевской губернии Российской империи - в необычной крестьянской семье. Отец Осипа, Василий Григорьевич, во время солдатской службы в Петербурге познакомился с анархистами. Очень эти ребята украинскому мужику понравились! В общем, в деревню Василий вернулся убеждённым сторонником Бакунина.

Кёнигсберг, Selkestrasse

Среди односельчан анархист Цебрий пользовался огромным авторитетом. Так что, как только грянула революция, Василия избрали председателем сельского совета. Он с энтузиазмом приступил к “организации новой жизни” и создал “коммуну по совместной обработке земли”.

Но тут начались иностранная интервенция и гражданская война...

Воля або смерть!

В 1918 году Украину оккупировала немецкая армия. Крестьяне деревни Тартаки создали отряд самообороны. Молодой Осип Цебрий тоже записался “в дружину”. Понятное дело - он же был анархистом - как отец. Так что: “воля або смерть”! Третьего не дано.

Отряд успешно партизанил против немцев и поддерживавших оккупантов армии гетмана Скоропадского. Врага одолели, но ему на смену пришли белогвардейцы. Следом за ними шли старые помещики. Они отбирали землю у крестьян. Неужто конец воле?!

- Эту сволоту следует бить сообща, - решил сельский сход. - Надо с батькой Махно на соединение идти.

Крестьяне из Тартаков отправили Нестору Ивановичу небольшой отряд, во главе которого поставили Осипа. По дороге к повстанцам присоединялись новые люди, так что вскоре под началом Осипа была весьма солидная сила - несколько сотен бойцов. Им удалось разбить попавшийся под руку батальон беляков и выйти в расположение Повстанческой крестьянской армии батьки Махно.

Махновцы трепали беляков славно и от всей души! Сам Деникин считал, что к поражению белой армии на Юге России привела “дезорганизация тыла бандами анархистов”. А тут ещё большевистские дивизии ударили с фронта. Пришлось белой гвардии отступать.

Но как только золотопогонники ушли, для крестьян появилась другая напасть - большевики.

Красная диктатура

Большевики начали насаждать на Украине свои порядки, везде ставили комиссаров, ограничивая власть местных советов. Батька Махно немедленно выступил против новой власти:

- Прикрываясь лозунгом “диктатуры пролетариата”, - гневался Нестор Иванович, - коммунисты объявили монополию на революцию для своей партии, считая всех инакомыслящих контрреволюционерами!

Отряд Осипа к тому времени вырос до полутора тысяч человек. Партизаны дрались с красными жестоко. Но силы были неравны. Махновцы несли большие потери. Весной 1921 года бойцы Осипа потерпели серьёзное поражение под селом Знаменка и отступили на запад - к румынской границе.

Летом 1921 года поредевший отряд Осипа перешёл границу и сдался румынским властям. Цебрий с двумя товарищами перебрались сначала в Польшу, потом в Австрию и, наконец, оказались в Югославии.

Кёнигсберг. Borsen strasse

Судьба занесла Осипа в Боснию, в деревню Росавец. Большая часть жителей - русины, выходцы из Галиции. То есть с западной Украины. Там Цебрий и осел.

Мать порядка

Осип пожил в деревне, осмотрелся и начал действовать. Он попросил селян собрать сход, на котором предложил по-новому организовать хозяйство.

- Ваши места богаты, - объяснял крестьянам потомственный анархист, - а нищета от того, что работаете вы в одиночку. Для того, чтобы ваш труд не пропадал даром, мы должны заложить коммунарное хозяйство!

Осип вспомнил опыт коммуны на Украине, и дела пошли в гору. Первым делом Цебрий привлёк молодёжь для охоты в соседнем лесу. За три месяца удалось добыть 1.500 лисьих шкур и 250 килограммов барсучьего сала. На вырученные деньги община приобрела паровую мельницу и веялку.

Затем была построена маленькая винокурня, обновлён сельхоз­инвентарь, появились лесопилка и кирпичный завод. Через пять лет деревню было не узнать: в кооперативе “Махно” возвели школу, дом для стариков и детей (их крестьяне оставляли на время полевых работ), ресторан, гостиницу на 80 мест, хлебопекарню, колбасный цех, коровник, птичник, сыроварню, новые дома для коммунаров.

В коммуну начали устраиваться на работу жители соседних сёл. Слава о кооперативе “Махно” пошла по всей округе. Осип на деле доказал, что “анархия - мать порядка!”

С крестом и кадилом

Идиллия закончилась в 1927 году - в село неожиданно нагрянули русские белогвардейцы с православными священниками. Дело в том, что многие бывшие врангелевские офицеры получили в Югославии полицейские должности. “Золотопогонникам” очень не понравилось, что в деревне Росавец “пустила корни анархия”. Нужно было принимать меры!

- Вам надо построить церковь, - не терпящим возражений тоном сообщил “югославский” полицей­ский. - Отец Никодим соберёт с вас деньги...

- Кому надо? - захихикали привыкшие к анархии коммунары. - Нам? Нам не надо!

Возник конфликт. Осипа арестовали “за подстрекательство граждан к неповиновению властям” и выслали из страны. Цебрий нашёл пристанище во Франции - устроился батраком на небольшую ферму.

После этого представители власти коммуну ликвидировали, протестовавших крестьян избили, общее имущество раздали по дворам. Но селяне ещё долго сопротивлялись произволу. Дело дошло даже до убийства: бывшие коммунары порешили попа и двух монахов, а церковь сожгли.

Однако в конце концов полиция всё же “навела порядок”: вернула народонаселение в прежнюю нищету. Людишки снова зажили бедненько, зато православненько.

Оказался в Пруссии

Поражение Франции в 1940 году Осип пережил спокойно. Он остался идейным анархистом, и для него существовали три абсолютно одинаковых врага: капитализм, фашизм и большевизм. А вот вторжение немецких войск на Украину в 1941 году Осипа очень задело. Цебрий решил во что бы то ни стало помочь своей родине.

Вот только как добраться до Украины? Путь лежал через территорию Германии и оккупированные немцами страны. Задача сложная. Но Осип нашёл решение!

Павел Дыбенко и Нестор Махно, 1919 год

Германии требовалась рабочая сила. Даже насильно угнанных из СССР немцам уже не хватало. Тогда фашисты предложили оккупированной Франции обмен: за возврат на родину одного пленного француза из лагерей для военнопленных, нужно было отправить в Германию трёх рабочих. Вскоре генеральный уполномоченный Третьего рейха по трудовым резервам Фриц Заукель подписал с марионеточным французским правительством Виши соответствующее соглашение.

Простые французы всячески уклонялись от трудовой повинности, так что Осипу было нетрудно попасть в число тех, кого отправили в Германию. Цебрий постарался уехать как можно дальше на восток. В результате оказался в Кёнигсберге.

В городе Осип не задержался, толковый сельскохозяйственный работник трудился то в одном поместье, то в другом. В общем, выждал время, а когда оказался в селе Роминтен, совсем близко от границы Восточной Пруссии, то дал дёру.

Зелёная гвардия

После нескольких дней скитаний Осип оказался на территории Польши - в Августовских лесах. Партизаны Армии Крайовой прониклись уважением к биографии анархиста.

Осипу выправили фальшивые документы, с которыми он добрался до своей родины. На Киевщине Цебрий собрал партизанский отряд под названием “Зелёная гвардия”.

- Будем биться, как завещал батька Махно! - агитировал земляков Осип. - За свои права, за хлеб и волю! Сначала против фашистов, потом против коммуняк!

Воевали смело, но зимой 1943 года отряд попал в окружение. Почти все бойцы погибли. Раненый Осип оказался в немецком плену.

Затем был концлагерь в Германии, откуда Цебрия освободили американцы. После победы Осип уехал в США. Там он дожил до глубокой старости. Повезло. Если бы попал в лапы НКВД - окончил жизнь где-нибудь на Колыме.

А. Захаров



Если вам понравилась эта публикация, пожалуйста, помогите редакции выжить.



Номер карты "Сбербанка"  4817 7601 2243 5260.
Привязана к номеру            +7-900-567-5-888.

Или через Yandex.Money